Обновления по законопроектам:
Принят в 1 чтении законопроект о реквизитах перевода
Расширено содержание законопроекта об оплате ЖКУ без идентификации.
В части оплаты – исключили ЭДС. Ими нельзя без идентификации платить за ЖКУ на сумму до 60 000 руб. ( а только до 15 000 руб.).
Предварительный план рассмотрения законопроектов ГосДумой на июль пока ни одного нашего законопроекта не содержит.
Также в мониторинге:
НПА направлен отзыв на законопроект о запрете мигрантам в режиме высылки пользоваться финансовыми услугами
Получены заключения Правового управления на законопроекты об отзыве согласия и о минимизации влияния рекламы на заемщиков
До 18.07.2024 принимаются отзывы к законопроекту о возврате наличными
Утверждены поправки и рекомендовано принять во 2 чтении законопроект об плате ЖКУ без идентификации
Дополнительно:
Счетная палата опубликовала результаты аудита отраслей за 2023 год (цифровизация и финансовый рынок).
В сфере финансовых рынков и госдолга можно обратить внимание на рекомендации (п.3.2 и 5.6), связанные с Госпрограммой «Управление государственными финансами и регулирование финансовых рынков»: о необходимости актуализации целей и задач, качественного планирования показателей программы, а подпрограмма «Развитие финансовой инфраструктуры» в части развития финансового рынка нуждается в уточнении целей, задач и ожидаемых результатов, а также дополнена прогнозом развития. Замечания в основном учтены не были.
Благодаря СП не были расширены полномочия ЦБ в области разработки и реализации стратегии валютной политики.
90% средств мер поддержки для ИТ отрасли по субсидированию кредитов (п.4.5.1.) были направлены на поддержку двух компаний.
В области цифровизации: куча всем замечаний и всяких выявлений. Отмечается, что «Федеральным казначейством разработаны внутренние документы обеспечения деятельности в сфере ИТ, которые могут рассматриваться как лучшие практики для применения государственными органами при управлении информационными технологиями.»
«Существенной проблемой на протяжении многих лет является отсутствие четких критериев обязательного отнесения информационных систем к категории государственных» (примечание: а не пора ли ОПКЦ НСПК отнести к числу ГИС?!). «Не сформированы правила и единая форма описания составов и структур данных для всех ГИС, что приводит к рискам невозможности вовлечения данных ГИС в принятие управленческих решений».
В разделе 4.2. описываются перипетии с созданием и отсутствием цифровой платформы поддержки МСП.
А также фиксируется общее состояние дел по развитию сегмента МСП: «Основным ориентиром Стратегии является увеличение к 2030 году доли МСП в валовом внутреннем продукте (далее – ВВП) в 2 раза (с 20 до 40 %). Вместе с тем с 2018 года вклад МСП в ВВП не превышал 21 %. Также с 2018 года отсутствовала положительная динамика целевых индикаторов по доле работников, занятых у субъектов МСП, в общей численности занятого населения; по количеству субъектов МСП в расчете на тысячу человек.
В связи с этим можно констатировать сохранение необходимости создания
дополнительных стимулов для развития предпринимательства и привлечения
инвестиций в сектор МСП.»
В прессе сообщается, что цифровая рупия "оказалась никому не нужна" (Лента.ру, The Economic Times)
Число транзакций с цифровой рупией в проекте Резервного банка Индии (RBI) за последние полгода снизилось на 90% - с 1 млн. транзакций, достигнутых за предыдущий год, до 100 тысяч транзакций в день. "Естественный спрос на использование цифровой рупии незначителен", отмечает один из экспертов.
На наш взгляд, в отсутствии естественного спроса на ЦВЦБ за пределами искусственного его стимулирования, собственно, никакой новости нет. Очевидно, что, в отличие от рынка, регулятор не может и никогда не сможет изобретать действительно продающие УТП своим продуктам. Поэтому не удивительно, что в отсутствие значимых экономических задач потребителя, которые бы решала цифровая рупия, и сформированной инфраструктуры никакого роста использования ЦВЦБ не произошло.
Важным в новости видится не падение спроса, а то, каким образом был достигнут его первоначальный рост, и что является очередной иллюстрацией, почему возможности рыночного участия регулятора должны быть ограничены категорически. Когда одновременно и регулируешь рынок, и участвуешь в нем, видимо, нет никаких возможностей устоять перед соблазном использовать свои регуляторные полномочия для ускоренного роста востребованности собственных правильных продуктов и проектов.
Логика понятна: не для себя же делается – для общественного блага. Поэтому, если спрос не растет добровольно, то можно «попросить» (как RBI), обязать или еще каким-либо убедительным способом донести рынку и потребителям, что они на самом деле хотят и что для них правильно.